Венецианская биеннале от Григория Ревзина

добавлю конспект потрясающей статьи от Григория Ревзина.

Аравена (куратор нынешней выставки) — знаток этой обратной стороны Луны: в Бангладеш, в Шри-Ланке, в Китае, в Колумбии он умеет найти не этнографию, а европейский профессиональный уровень архитектуры. Какие там конструкции из бамбука — это просто хай-тек. Какие кирпичные перлы — просто готика, правда провинциальная, швейцарского, скажем, уровня. В сталинских учебниках любили вставить абзац-другой о том, как народный гений учится у народа: архитектор — у мужика-лесоруба, Пушкин — у няни, Ленин — у печника.

 

Смысл экспозиции у Аравены — в демонстрации такого обучения. В Колумбию или Парагвай, на Шри-Ланку или в Бангладеш приезжает человек, получивший архитектурное образование в Нью-Хейвене или в Цюрихе, и думает, как же жить. Стали нет, бетона нет и газобетона нет, навесных фасадов нет, климат-систем нет, сэндвич-панелей нет, и денег тоже нет. Но есть много людей, и они плохо живут. И вот выпускник Йеля начинает смотреть, а из чего и как они строят. Выясняется, что кирпичи они кладут, как няня рассказывает сказки без Пушкина. То есть плохо. Он думает, как улучшить, рассчитывает конструкции, нагрузки, придумывает новые приемы, заодно учит убирать мусор на улицах и вообще объясняет, что такое улица. И вдруг получается.

 

В этом есть героическая повестка дня, дальний отголосок подвигов то ли Прометея с огнем, то ли Геракла с авгиевыми конюшнями. Вероятно, даже не так уж неуместно употреблять слово «фронт». Число людей, живущих в ужасных условиях, огромно, и у них множество традиций воспроизводства этих условий. Так что есть много чего улучшать. Это чистая, нисколько не коммерческая деятельность, и Аравена собрал таких дон-кихотов прогресса в товарных количествах.

Аравена создает ощущение, что архитектор — нужная, полная пафоса и художественных открытий жизнь, а не одушевленное приложение к программе «автокад».

 

Как ни странно это осознавать, но лучшее русское произведение на биеннале — маленький покосившийся сарай из рубероида, построенный Александром Бродским,— это вообще-то произведение из того же ряда. Точно так же, как Симон Верес в Колумбии или Анна Эрингер в Бангладеш, Бродский пытается найти, в чем же красота страны, которую судьба сделала родной и где хищный глазомер простого столяра вечно как-то сбоит при попытке поставить стену сарая под девяносто градусов к полу. То получается восемьдесят шесть, то девяносто пять. А надо вот глядеть на это, как Пушкин у Опекушина на бульваре, чуть склонив голову, и тогда все встает на свои места. Надо осознать красоту этих рубероидных сараев. Как они качаются, словно деревья на ветру, их серая шершавая фактура — как кора, их пасмурный цвет точно ложится в небо… Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад — совершенно.kmo_111773_00074_1_t218_192337

Но есть флагманы европеизма, и во главе их Германия. Германия представила фронт борьбы за права мигрантов и беженцев. Их планируется принять 14 миллионов, и архитекторы Германии задумались о том, как они будут жить.

 

Мигранты осваивают Лейпциг и Дюссельдорф, Кельн и Дрезден — в павильоне представлена карта с красными стрелками, показывающими основные удары миграции, места сосредоточения мигрирующих, направления главного удара — это действительно похоже на карту фронта. Главный вопрос павильона — что важнее, строительные нормы или права мигрантов? Мигрант ведь сам пристраивает к многоэтажному зданию, скажем, сарай, а не заказывает проект, и поэтому у него выходит не по нормам. Надо ли его сковывать законами, которые он не знает? Или вот в Германии все первые этажи зданий по нормам отведены под кафе, рестораны, магазины, библиотеки и т. д.— жить там нельзя. А мигрант, он открывает лавку с шаурмой и в ней же и живет. Может, так и надо?

В английском павильоне обсуждается вопрос о том, как поделить под нужды простых приезжих шикарные аристократические квартиры Лондона. Итальянцы показывают, как они конфисковали имение одного сицилийского мафиози и сделали там лагерь для беженцев из Туниса. Французский павильон задается вопросом — в чем новое богатство Европы? Некоторые думают, говорят они, что богатство в нефти и газе, в полезных ископаемых. Другие думают, что оно в старых европейских городах, куда устремляются толпы туристов и жадные руки девелоперов. А мы думаем, что оно — в жизни простых, бедных, часто приезжих людей, иногда инвалидов, в незаметных, никому не известных местах, нет, не исторических, а с массовой типовой застройкой, на фоне которой так заметно разнообразие их судеб и сияние душевных сокровищ.

Мы сделали прекрасный павильон. Вот Алехандро Аравена призывает каждую страну найти, где у нее фронт. Дания нашла его в скуке повседневности, а Германия — в миллионах мигрантов. А где у нас фронт? Но ведь это очевидно — наш фронт проходит через сталинизм, он расколол страну надвое, боевые действия продвигаются c переменным успехом. ВДНХ — главное капище сталинизма. И вы всерьез считаете, что это не имеет отношения к теме биеннале под названием «Вести с фронта»? Да мы ни разу не отвечали на тему биеннале точнее.

Это просто: в павильон Узбекистана надо поселить мигрантов из Узбекистана, в павильон Таджикистана — мигрантов из Таджикистана, в Киргизию — киргизов, в Казахстан — тех или других казахов, в Украину — ветеранов ЛНР-ДНР… Да у нас «вести с фронта» по всему периметру страны, и весь этот периметр символически отражен на ВДНХ. Но тут есть проблема, потому что удивительные экспозиции Германии, Франции и Великобритании отражают государственную политику этих стран, а у нас такое решение отражало бы политику скорее антигосударственную. Кураторы, главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов, директор ВДНХ Екатерина Проничева, да и комиссар павильона ректор Академии художеств Семен Михайловский должны были наконец заявить, что государственная политика — дрянь, а нам следует бороться за права мигрантов, потому что так делает Германия. Реалистичный сценарий, а?

 

Они не произнесли вслух, что наш фронт пролегает через фигуру Сталина, и мне, честно сказать, даже импонировала бы мысль, что это им и в голову не приходило. Что они сражаются на этом фронте, так сказать, в бессознательном состоянии и не знают, с какой стороны — палачей или жертв. Это бы очень роднило их со страной, которая так и живет. Но, зная этих людей, я в это не верю. То, как сделан этот павильон — с великолепным историческим разделом и вовсе растерянной современностью,— отчетливо свидетельствует: этот поезд в огне и нам не на что больше жать. Да, павильон России может показаться изолированным от мировой проблематики — у нас своя война, которая в мире закончилась давно. Было бы лучше показать, что мы сейчас вместе со всем миром, правда? Это верно в частном измерении — как у Александра Бродского. Но как идея государственной экспозиции при министре Мединском — это абсурд.

 

 

http://www.kommersant.ru/doc/3008043

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s